Как попасть на Олимпию в Women's Physique: путь чемпионки от пауэрлифтинга до топ-6

ВалентинаМногие успешные люди действовали из боли, из ненависти, из зависти, из ревности. Многие великие дела были совершены именно так. Никто не писал великие романы и не снимал великие фильмы от того, что всё хорошо. Никто не выходил на сцену и не выгрызал себе медаль с мыслью: «У меня всё хорошо, пойду-ка я порву всё, чтобы получить золотую медальку». Такого, я думаю, не было.

Поэтому моя история некоторых просто триггерит, тех, кто умалчивает. Не надо умалчивать. Тогда и жить будет проще, и мы не будем страдать от депрессии, потому что люди увидят правду. Они не будут бояться своего прошлого и своих негативных эмоций. Это же так важно — говорить правду. Люди погрязли в фейковом мире позитива и добра. И розовых красок нет. Факт.

КристинаВсем привет! Я рада приветствовать вас на нашем канале про успешных людей. Сегодня у нас в гостях потрясающая девушка, атлет, тренер, а также обладательница грин-карты для экстраординарных людей. Она первая девушка, которая попала в топ-6 Олимпии в номинации Women's Physique. Валентина Мишина, привет, Валюш!

ВалентинаПривет, моя дорогая! Спасибо за все добрые слова, очень приятно. На самом деле я не часто даю интервью, только тем, кто мне действительно интересен. Поэтому двойное спасибо за приглашение.

КристинаМы все видим эту красивую картинку: Валентина Мишина, чемпионка, женщина с характером. Но не все знают ту Валю, которая начинала расти в этом виде спорта как атлет и как тренер. С чего всё-таки начиналась твоя дорога?

ВалентинаВ социальных сетях я славлюсь тем, что не вру и говорю как есть. Поэтому я плохой продажник. Начну с того, что в 2010 году я увидела мужское стрип-шоу. И я была восхищена мужчинами, но не как сексуальными объектами, а именно их телами. В то время как другие девочки наслаждались танцем, шоу, я наслаждалась эстетикой тела.

Я из бедной семьи, вокруг не было никого, кто мог бы показать мне подобную форму. Я росла и никогда такого не видела. Картинки меня не волновали, телевидение такое не показывало, или я не обращала внимания. А тут, случайно оказавшись среди таких мужчин… Это было шоу «Тарзан», кстати. Самое интересное, что мы с ним потом познакомились. Довольно известное шоу.

КристинаДа. И плюс Тарзан живёт у нас здесь рядом.

ВалентинаЭто была очень интересная встреча, и в итоге его мотиватор — я. Но это позже. Так вот, с 2010 года я пыталась понять, как этого достичь. Знаний о том, как строить тело, у меня было ноль.

ВалентинаЯ уже была в спорте. У меня вообще всю жизнь была интересная жизнь, и было противостояние с мамой. Всё, что она говорила, делать нельзя, мне нужно было сделать вдвойне. Во втором классе я приняла первое своё взрослое решение: пришёл тренер по волейболу и спросил, кто хочет попробовать себя в секции. Это серьёзно, это профессионально. Дети особо не принимают решений без родителей, но я уже тогда, видимо, проявила характер и вышла. Я была самая маленькая в классе: я 92-го года рождения и единственная такого года в своём классе.

КристинаТы из полной семьи?

ВалентинаНет. У меня не было отца, и мама работала за двоих, пыталась поднять меня на ноги. Это можно отдельно обговорить. Это внесло коррективы в мою жизнь и в профессиональную карьеру, что я осознала потом, не сразу. И изначально у меня был сложный характер, не могу этого скрывать.

Во втором классе это было первое решение — попробовать себя в спорте. Когда я пришла домой и сказала маме: «Мама, я теперь в секции по волейболу», я сразу получила негативную реакцию. Она сказала, что спорт для идиотов. Это, конечно, пробудило во мне поток отрицания и негатива, и мне нужно было вдвойне доказать, что спорт не для идиотов. Я спросила: «Почему? Это же так здорово, это новые люди, новое увлечение, физическая форма». Она сказала, что когда человек ни в чём больше не может проявить себя, он идёт в спорт. Это я запомнила навсегда.

КристинаЭто тебя как-то принизило или, наоборот, дало тебе толчок? Ты вообще по натуре достигатор, я понимаю.

ВалентинаЯ проанализировала уже потом, связавшись с психологией: я всю жизнь пыталась доказывать, исходя из агрессии. Я действовала не из любви. Сейчас уже по-другому, но раньше всегда из агрессии. Моё достигаторство шло из негативного, из гнева. Это единственный путь не увязнуть в негативных эмоциях, а достичь чего-то, доказать.

У нас всё про энергию, всё есть энергия. Гнев, злость, зависть — это энергия, так же как любовь и положительные черты. Но меня двигал гнев, злость и агрессия. Наверное, если верить психологии, дело в том, что я росла в неполной семье, подвергалась насмешкам класса. Я была не православная, я была бедная, у меня всегда был низкий голос, и я всегда была похожа на представителя кавказской расы, скажем. Насмешки в мой адрес были всегда, по многим причинам. Так рос маленький злой достигатор. Это была та самая энергия, на которой я, наверное, ехала всю свою жизнь.

КристинаБодибилдинг. Сколько тебе было лет?

Валентина2010 год заставил меня начать рыть землю копытом, по-козерожьи. Во-первых, у меня тогда шло экономическое образование: мама настаивала, что я должна быть финансистом, потому что женщина должна сидеть в офисе, зарабатывать деньги, быть бухгалтером, работать в банке или что-то в этом духе. Мама была в семье большим авторитетом: как сказала, так и должно быть. Но я всю жизнь жила в сопротивлении. Как мы с ней ругались — я не знаю никого, кто ругался бы так же. Было очень много непонимания и агрессии с обеих сторон.

Она — женщина, которая не познала женской слабости и мужской любви и всю жизнь должна была думать о том, как самой выжить и как меня вырастить. Она действовала из любви, у меня к ней нет никаких претензий, просто тогда я этого не знала. И когда она сказала про бодибилдинг: «Ты что, с ума сошла?» — это было как красная тряпка для быка. Невозможно было туда не пойти.

ВалентинаЕстественно, я не могла сдаться. Я не понимала, с чего начать, потому что для меня это был неизведанный мир. Я стала обращать внимание на людей, которые более-менее в форме, и следовать каким-то странным советам. Сейчас смешно, но тогда я же не знала. Я пыталась бегать, голодать, не есть углеводы, снова бегать, что-то делать в институтском ржавом зале, читать Википедию, какие-то форумы. Тогда зарождались тысячи ресурсов, и ты не знаешь, чему верить. Ты как ребёнок, который только родился и с широко открытыми глазами познаёт мир. Так же я познавала мир бодибилдинга.

Потом у меня уже был «ВКонтакте», потому что я стала как-то иначе выглядеть. Тело быстро отзывалось на нагрузки, плюс я занималась модельным бизнесом, снималась, и у меня уже была какая-то аудитория. Я стала искать через знакомых знакомых, кто может помочь. Как вообще начинается путь? Я хочу быть тренером. Как стать фитнес-инструктором? Как начать, если я хочу в зал?

КристинаВ твоей голове уже тогда складывался образ, как ты хочешь выглядеть?

ВалентинаНет. Я не представляла, как работает женское тело. Я читала литературу, анатомию, физиологию, форумы, всю эту клоунаду, плюс научные исследования, и пыталась всё сопоставить: где же правда? Ты не понимаешь, потому что не способен анализировать то, в чём ты ноль. Нет базы. И тогда я просто стала смотреть картинки. Смотрела на бикини, тогда были времена Усмановой. Мне не нравилось: слишком мало. Я всю жизнь склонна к гипертрофии всего.

КристинаСлушай, ты же сама была далеко не большая девочка. Я помню твои фотографии: ты такая прям очень худенькая, модельный бизнес, вся такая лапушка.

ВалентинаНу хорошо. Когда я попала в модельный бизнес и начала фотографироваться, я поняла, что далеко не стандарт, потому что я крупная. У меня крупный костяк, я была крупнее остальных. Плюс параллельно с модельным бизнесом меня волновало всё и везде. Я была очень любопытной, мне нужно было попробовать всё. Я пробовала голодание. Моя худоба — это неестественный мой вид, это не моя природа. Меня удерживали волейбол и постоянные убойные тренировки. Профессиональная секция — это серьёзно: четыре тренировки в неделю, но совершенно сумасшедшие. Мы даже не играли, два часа просто прыгали, бегали, напрыгивали. Тренер был лютый зверь, он выжимал из нас все соки.

Культуры питания не было. Не было денег на качественные продукты, не было возможности в семье есть нормально. Про белок мы сейчас знаем, что это важно, а тогда ели что придётся.

КристинаТы жила в Москве до этого?

ВалентинаНет, в Московской области. У нас был участок, который нас кормил. Моя семья всю жизнь копила, как и я потом долгие годы. Мы как куркули всё собирали. До сих пор мне сложно от этого избавиться, но сейчас уже лучше, я вырвалась из этого гнёта. Моя мама собирала, моя бабушка собирала, все собирали. А в 92-м году, когда развалился СССР, потеряли всё. Всё, что лежало в банках на лучший день, на лучшую жизнь, сгорело. Потеряв всё, было сложно встать на ноги. Когда я родилась, мама только начала вставать на ноги. Питались вчерашним чёрным хлебом и тем, что давал огород.

КристинаВ каком году ты переехала в Москву?

ВалентинаГод не скажу. Первый раз я попала в Москву в колледж на метро «Бабушкинская», недалеко от ВДНХ: Московский колледж градостроительства и предпринимательства. Там я познакомилась с молодым человеком. А в семье с мамой я жить не могла: мне постоянно было неудобно, мало места, постоянное давление. Я человек, которому нужна свобода действий и свобода выбора. Мне нужно делать то, что я хочу. Если что-то ограничивает мою свободу, я становлюсь фурией, готова убивать. Моя агрессия росла в геометрической прогрессии, и мне нужно было куда-то уйти, где посвободнее.

Я начала встречаться с мальчиком, который жил с мамой. Мама была потрясающей женщиной, мягкой, доброй. Мне казалось, что она даёт мне ту любовь, которую не давала моя мама. Так я начала узнавать Москву. Но потом проявился мой внутренний протест: мама воспитывала меня строго. Алкоголь нельзя было даже нюхать, курить нельзя, ничего нельзя. Секс — прелюбодеяние, и вообще грешница ты великая. Принимать это было сложно, и мне, конечно, нужно было ввязаться во всё и сразу.

КристинаТы во все тяжкие.

ВалентинаДа. Я попробовала всё, что могла.

КристинаДрузья, вы сейчас слушаете всю правду, как она есть, — с чего начинала Валя Мишина. Но не советую повторять.

ВалентинаОпасно для здоровья. Но смысл скрывать? Люди видят успешный успех и привыкли полагать, что у кого-то богатый папа, богатая мама или богатый бойфренд. Да нет. Успех делается иногда за счёт агрессии. Не надо бояться своих негативных эмоций, надо их просто правильно использовать. Сейчас такая мода, я забегу вперёд: все блаженные, все дышат маткой, все познают дзен, все пытаются двигаться в позитивном потоке и очень глубоко запихивают свои негативные эмоции. Потом их всё равно прорвёт. Когда долго затыкаешь трубы, потом прорывает, и это повсюду, и очень неприятно, и запашок не очень.

Поэтому нужно использовать негативные эмоции, которые всё равно есть. Мы живые люди, мы реагируем. Нужно уметь направлять эту энергию в позитивное русло, потому что это серьёзный двигатель. Многие успешные люди действовали из боли, из ненависти, из зависти, из ревности. Многие великие дела были совершены именно так. Никто не писал великие романы и не снимал великие фильмы от того, что всё хорошо. Никто не шёл на сцену выгрызать себе медаль с мыслью «у меня всё хорошо, пойду-ка я порву всё, чтобы получить золотую медаль». Такого, я думаю, не было.

Поэтому моя история некоторых просто триггерит, тех, кто умалчивает. Не надо умалчивать. Тогда и жить будет проще, и мы не будем страдать от депрессии, потому что люди увидят правду. Они не будут бояться своего прошлого и негативных эмоций. Это так важно — говорить правду. Люди погрязли в фейковом мире позитива и добра, и розовых красок нет. Факт.

КристинаТы приехала в Москву, встретила молодого человека. Я помню, листая твой инстаграм, как ты начала залетать в сферу бодибилдинга. История становления в Women's Physique в Москве…

ВалентинаЭтой категории тогда не было. Я устроилась в фитнес-клуб через знакомых. Меня откровенно пропихнули, мне помогли устроиться фитнес-инструктором, не тренером. Инструктор — это человек, который проводит инструктаж, сдав изначально экзамен, и прибирается в зале. Но я уважала эту возможность, ею дорожила. Я ездила на «Тёплый Стан» два часа из института каждый божий день, во вторую смену, лишь бы меня оттуда не выгнали. Я очень хотела закрепиться и понять, как это работает. Не зная особо ничего, кроме того, как работают тренажёры, я начала как-то заниматься: после того как разложу веса и проведу инструктажи.

Это история Золушки: батрачишь, батрачишь, и потом что-то волшебное случается. Волшебное — это был тренер, первый в том зале на «Тёплом Стане», Алексей Туманов. Он видел моё рвение и побоялся, что я убьюсь, потому что то, что я творила в зале, было страшно. Маленький худой человечек, новенький в зале, решила водрузить себе гриф без рамы на плечи, чтобы приседать. Все же приседают, и мне надо. Я никогда этого не забуду, я чуть не сломалась: сил плечевого пояса не хватило, чтобы просто закинуть гриф. Но на меня же люди смотрят, я не могу сдаться. Валя Мишина не всегда была такой идеальной, понимаете? Я помню тот момент, когда начала закидывать гриф и поняла, что он не закидывается. Но все смотрят и ждут: сломается она сейчас или нет. Мой характер — это что-то с чем-то. Я всю жизнь привыкла добиваться того, чего хочу. Мне обязательно нужно сделать. Я в этом плане лютая. Так что я его закинула и даже поприседала.

ВалентинаПотом подошёл тренер и сказал: «Слушай, давай я тебя потренирую». Это было лучшее решение. Он был чемпионом по пауэрлифтингу. Не скажу сейчас конкретно какого уровня, думаю, выступал на России, не знаю, как на мире. Но он импонировал мне тем, что не походил на клоуна, как многие остальные, не скажу, что все. Он походил на серьёзного человека, который не рвался провести двадцать тренировок за один час. Он был тренером, который дорожит своими клиентами, ведёт их размеренно, вдумчиво, с сознанием дела. Мне не было страшно ему довериться. А я никому не доверяю по жизни, вообще людям не доверяю, с самого детства, не знаю, почему так сложилось. Я всегда издалека наблюдаю, анализирую, делаю выводы. Я всегда всего боюсь, я всю жизнь очкую, по поводу и без. Поэтому, прежде чем принять решение, семь раз отмеряю и режу один. Так вот, я отрезала, приняв решение, что хочу, чтобы он меня тренировал.

Так мы начали тренироваться. Это был 2012 год, я полагаю. А в 2013 году мы выиграли Россию среди юниоров по пауэрлифтингу. Я получила свой разряд и поставила мировой рекорд, который мне, между прочим, пригодился в деле по экстраординарной визе.

КристинаВсе-таки мы начинали не с бодибилдинга, а с пауэрлифтинга.

ВалентинаДа, пауэрлифтинг. Но в своей голове я держала другое. Я не могла тогда ему честно сказать, что мне не интересен пауэрлифтинг. Мне нужна была база, я это понимала, и я должна была использовать его.

КристинаЭто был трамплин.

ВалентинаДа. Это была точка, от которой я должна была оттолкнуться. Он об этом не знал, думал, что я горю пауэрлифтингом.

КристинаХитрушка какая!

ВалентинаНу, я просто не могла… Он делал это бесплатно, я ему не платила. И мне было очень неловко сказать: «Слушай, мы сейчас с тобой позанимаемся, я выступлю от твоего имени, а потом я свалю». Но, с другой стороны, я и сама не знала, куда свалю. Это уже потом. Это была сеть «Спортлэнд» на «Тёплом Стане»: они поняли, что я не собираюсь сдаваться, что я не очередная, которая просто пришла повилять задницей и уйти, найдя себе богатого папика. Нет. Я ударилась в спорт. Я корячилась, кряхтела, поднимала колоссальные для девочки веса, потому что я ещё была в юниорском возрасте.

А что такое фармакология, я не знала. Я даже думала, что креатин и протеиновые батончики — это фарма. И в тот момент я не понимала, что такое спортивное питание. Лёша сказал есть, а я ещё была вегетарианкой восемь лет.

КристинаНе многие, наверное, об этом знают.

ВалентинаНет. Я ещё практиковала 28 дней голодания перед тем, как к нему пришла, между прочим, поэтому такая худая была. А потом плавно вышла на вегетарианский рацион. Я очень много экспериментировала, мне нужно было понять всё в этом мире, поэтому меня относило то туда, то сюда. Но это мой опыт. Ещё в школе я открывала пивные бутылки зубами, чтобы быть самой…

КристинаПослушай, каждую минуту я узнаю о тебе какой-то шоковый контент.

ВалентинаЭто потом выяснилось, почему я всё это делала и почему должна была быть в центре внимания. Наверное, так я пыталась заслужить любовь матери или отца, которого не было. Дети из неполных семей всегда пытаются проявиться и получить ту любовь, которую им не дали. Моя мать очень много работала, она меня безумно любит, это я сейчас понимаю. А тогда мне не хватало именно внимания, поэтому я пыталась компенсировать его извне, и получала внимание всякими способами. Пирсинг, готическая музыка. Я ходила с крестом на лбу по Чистым прудам, гуляла со всеми неформалами. Я прокалывала себе губы, язык, пупок, всё, что могла, и другим тоже. Я должна была быть какой-то не такой, всегда. Я занималась экстрим-вокалом, гроулинг — это вообще моя тема, мне всё это было интересно. Мне всегда нужно было выделиться, внимание было необходимо, я не могла без него жить. Без него я не чувствовала себя полноценной, востребованной, счастливой. Значит, день прожит зря, если я как-то не привлекла внимание.

КристинаСейчас ты успокоилась в этом плане?

ВалентинаДа, я работаю над этим.

ВалентинаПауэрлифтингом я занималась на «Тёплом Стане». Потом они поняли, что эта девочка не сдастся, что она реально корячится, поднимает веса и собирается здесь работать тренером, начала вникать в суть, и меня перевели в Жулебино. Мне было очень тяжело, потому что это два с половиной часа от моего дома, дорога. У меня не было ни машины, ни денег на такси. Два с половиной часа я тратила на автобус, метро, маршрутку, и так добиралась каждый день. Не помню, во сколько я вставала, наверное, в пять с половиной утра, чтобы дай бог к восьми добраться. Это было невыносимо, особенно зимой. Я ненавидела всё это, но ехала, потому что понимала: это возможность. Новый клуб, а в новом клубе есть возможность взять клиентов и набить себе клиентуру.

ВалентинаЭто гораздо больше вариантов, чем в старом клубе, где все уже всё знают, а там такие дядьки с регалиями… Мне там пути не было. Могла ли я утвердиться в том клубе? В Жулебине — конечно. К тому моменту, когда меня переводили, у нас уже была за плечами Россия. И там меня увидел Александр Тумашевич, выходец из советского бодибилдинга. Я была одной из немногих, кто не делал сумо, чтобы сократить амплитуду. Я тянула становую по-классически.

КристинаНе искала лёгких путей?

ВалентинаНет. Лёгкие пути — это вообще не про меня. Я всегда иду по самому длинному. Не знаю, почему так вышло. Наверное, так интереснее и больнее. Я мазохист от природы, люблю помучить себя.

КристинаА как насчёт помучить других?

ВалентинаНет, этого удовольствия не получаю, к сожалению. Только себя. И, в общем, Александр меня разглядел и предложил потренироваться. В итоге я начала творить полную дичь. Как пауэрлифтер, я не имела права тренироваться больше трёх дней в неделю: я объективно не восстанавливалась, а мне нужно было выходить на максимальные веса. Но Александр предложил мне тренироваться во вторник и четверг на отдельные мышечные группы, скрывая это от тренера в том зале. Естественно, я начала тренироваться пять дней в неделю. Приходила на тягу и на присед, делала то, что должна, но это было так больно! Я всё время боялась травмироваться, потому что тело не выносило такой нагрузки. Два с половиной часа туда, два с половиной обратно. Ты тренируешься как пауэрлифтер, тренируешься как бодибилдер, и ты натурал.

КристинаЧто ты из этого получила?

ВалентинаЯ потихоньку съехала с пауэрлифтинга. Александру я тоже сказала, что хочу продолжать, потому что начала видеть результат — как меняется тело. В пауэрлифтинге у меня было шикарное тело, не могу жаловаться. Я не знала никаких диет. Тренер сказал: «Ешь!» — я просто ела. Молодой организм. Насыщалась бобовыми, зерновыми, и всё было замечательно, мне хватало. Но потом Александр сказал: «Валь, если хочешь форму, надо есть вот так». И он открыл мне новый мир бодибилдинга: грудка, творог, яйца и прочее. На моей чаше весов лежало тело, которое я уже поняла, что хочу: мышцы, сухость, вены — вот это всё. Он показывал мне старых атлетов, женщин. Я даже не знала, кто это, мне было неважно. Я никогда не фанатела от женщин-бодибилдерш, я просто хотела вот это тело. Мужское, женское — мне вот это надо.

У меня были хорошие ноги, потому что классическая становая тяга. Пресс — такая база. Ноги мощные, а верха, в общем, не было: трапеция, квадрицепсы и грудные — вот серьёзно, какой-то козий вариант. Я поняла, что у меня есть тенденция к росту, но пауэрлифтинг при моей технике не дал бы мне роста спины. Я не могла подтягиваться: с такими ляжками подтягиваться уже нереально. Подтягивалась криво, косо, поэтому оставила эту затею и с Александром начала работать над техникой уже как бодибилдер.

КристинаИстория бодибилдинга. Скажи, с чего началась? С какой номинации?

ВалентинаК этому я и веду. Я оставила пауэрлифтинг в 2013 году. В тот же зал в Жулебине пришла женщина-судья. Посмотрела на меня и говорит: «А ты не выступаешь? Тебе надо выступать». Я говорю: «Я вообще не в курсе, как это работает». Говорю: «Вот Александр». Она: «Я Сашу знаю, мы сто лет назад вместе выступали». Для меня всё это было так размыто, непонятно. Она говорит: «Давай съездим к Ивете» — это у нас босс. Мы поехали к Ивете, чтобы понять мою категорию: куда я такая вообще гожусь. Ивета посмотрела на меня: «Ну, это не бикини, талии нет. Это не бодифитнес, потому что ноги огромные. Верха тоже нет. Категорию мы ещё не придумали. Бодибилдинг, наверное». Я посмотрела на себя: верха тела особо не было, спины вообще ноль. Ну, ладно, качаемся. Конкретной даты не было, я же не знала, как это работает.

Александр, конечно, научил меня качаться. Мы тренировались настолько серьёзно, настолько олдскульно, в отказ. Было люто. Мне кажется, я умирала. Он меня иногда подвозил до ближайшего метро, потому что я бы даже до маршрутки не дошла: мне нужно было просто рухнуть в метро и поехать домой. Вот так мы занимались.

Тогда я попробовала предтренировочные комплексы. И герань — тогда она ещё не была запрещена и входила в предтреник Dorian Yates. Я никогда этого не забуду. Потом, когда я уже попробовала сильнодействующие вещества, поняла, что это очень близко: это прямо часть амфетамина. Герань действует серьёзно: поднимаются и либидо, и работоспособность, всё сразу, и ты просто чувствуешь себя суперчеловеком.

ВалентинаЯ начала заниматься. Наталья Кулешова, женщина, которая привела меня к Ивете, познакомила меня со своей подругой Людмилой Тубольцевой. Люда — потрясающий человек, просто потрясающий. Она маленькая, и при этом бодибилдер. У меня не укладывалось в голове, как красивая женщина может иметь такие объёмы и такой тонкий, высокий голос. Мне уже рассказали: хочешь идти дальше — придётся вот это принимать, вот это делать, и у тебя может сломаться голос. А у меня всю жизнь бас, в школе надо мной за это смеялись. Я думала: если мой голос сломается, то что же будет? Как у кого? Мне было страшно, но и очень интересно. Я подумала: живём один раз, пошли. Но Люда сказала: «Не вздумай, не надо слушать никого. Я тебе помогу, давай». И мы начали взаимодействовать с ней и с Натальей.

Александр злился, потому что я вроде как была его птенец. Я, как всегда, немножко по-змеиному балансировала и там, и здесь. Я просто хотела результат. Я понимала, что каждый будет тянуть одеяло на себя, но у меня всегда есть своё мнение. Я никого не хочу обижать, но всех выслушаю и приму своё решение, найду какой-то общий знаменатель. Так я его и нашла.

Я начала готовиться. Реально. Поняла, что в 2016 году должна выступать. Наташа поддержала, Люда поддержала, все поддержали. Я занималась объёмно с Александром. А ела я… Ой, это жесть. Я довела себя до того, что ела просто белок. 70 граммов овсянки — как сейчас помню. Творог без всего. Вываренная грудка. Просто грудка, чуть-чуть соли. Риса даже не было.

КристинаНо тогда же любили по жести.

ВалентинаКонечно, тогда была полная жесть. Я с нормального рациона, где углеводы, где пауэрлифтинг и серьёзная работа, скатилась в грудку и 70 граммов овсянки. Но это меня не останавливало: у меня же есть цель. Плюс у меня есть агрессия — целый вагон. Я каждое утро в неё прыгаю.

КристинаПиталась агрессией.

ВалентинаКонечно. Да, серьёзно. И предтреником Dorian Yates. Моё тело начало преображаться — вот так, просто на глазах. Это было невероятно. Попёрли первые вены. Конечно, я превращалась в скелет, потому что без фармакологии сложно. Но то, что я наработала в пауэрлифтинге натуральным тренингом, дало мне ноги.

ВалентинаВ общем, я куда-то готовилась, мне было всё равно. Наташа сказала: «Ну выйдешь так, хоть сама поймёшь, надо тебе или не надо, посмотрим». И вдруг в регламенте появляется новая категория, никому не понятная. Буквально за два месяца до того, как мне надо было выходить. Я была достаточно сухая, у меня появился пресс. Я вообще была в шоке: первый раз увидела пресс! Появились плечи, руки, спина, детализация. Примерно рядом с бикини. Конечно, о жёсткости мы не говорим: человек натурал. И ноги. Ноги были хорошие. Я откровенно понимала, наблюдая за окружающими, что это моя визитная карточка — ноги я наработала. Я думала: ну, на этом и вытянем. А что остаётся делать?

Смотрела на других девочек, которые выступают, и думала: «Господи, куда я иду?» Даже бодифитнес и бикини казались мне какими-то другими. Я выглядела откровенно другой, сырой, прямо сырой. Думаю: и что теперь? Мы все когда-то были там, правильно? Нет, готовимся.

Люда с Наташей помогали мне с позированием. Под Women's Physique они — как их называют, функционеры — уже примерно начали понимать, что это. Потом они показали мне, по-моему, Дэни Бейли — она была первой в Physique здесь, как я понимаю, и позирование.

КристинаДа, она была Мисс Олимпия.

ВалентинаОни начали мне объяснять, как это работает, в чём разница между бодибилдингом и Women's Physique. Люда Тубольцева очень красиво позировала, она всегда делала шоу. Тогда же была ещё и Наташа Ярис. Они красиво это всё делали, мне нравилось. Я не понимала: у них есть спина, и они так позируют, а у меня спины нет. Ну, ладно. В общем, Наташа с Людой помогали-помогали, и пришёл день X.

ВалентинаМне было очень плохо, я не могла встать. Почему? Организм был обезвожен, обессилен… я не знаю. На регистрации я уже была готова выходить на Women's Physique и поняла, что выхожу туда одна. Остальные не решились, они смотрели: а что делать-то там? Что это такое вообще, Women's Physique? А я подумала: ну, если я сюда не подхожу и сюда не подхожу, тогда пойду на Women's Physique.

Я спросила Людмилу — я уже примерно понимала, что такое загрузка и что все её делают. Я начала общаться, там был Женя Гемзин, они с женой Юлей тоже пытались меня как-то вытягивать. У меня был молодой человек, Ярослав.

КристинаОн был твоим мужем или просто молодым человеком?

ВалентинаНет, молодой человек. Я в него безумно влюбилась, в Жулебине как раз его и встретила. Такой блондинчик.

КристинаБлондин?

ВалентинаБлондин, голубоглазый. Всю жизнь думала, что люблю тёмноволосых, но что-то пошло не так, ладно.

КристинаВы с ним оба были в команде?

ВалентинаОн сначала пришёл из лёгкой атлетики, пришёл в зал, хотел работать тренером. И я проявила инициативу первой, так мы начали отношения. Он помогал мне, тут мне не на что жаловаться. Мы съехались, я переехала. Я поняла, что подготовка не может идти по такой дороге, и последние несколько месяцев мы жили в Люберцах вместе: сняли квартиру. Это был мой второй опыт совместной жизни с мужчиной.

Так вот, на регистрации я спросила Людмилу: «А можно мне загрузку какую-то? Мне плохо». Я еле говорила. Она сказала: «Какая загрузка? Ты должна о сцене думать». В тот момент мне стало очень плохо, и мой молодой человек буквально нёс меня домой. Мне правда стало плохо. Там уже агрессии не хватило, не было физического ресурса в организме. Ментально тут уже не поможешь. Он положил меня на постель и не знал, что со мной делать. Я не могла двигаться. Это были ужасные ощущения. Мы думали, что никуда не выйдем. Он позвонил Жене Гемзину, и Женя сказал: «Совсем с ума сошли». Уже нельзя было ни пить, ни есть, ничего — «грудки пожуй», вот такая была рекомендация. Но Женя сказал: «Срочно вари рис. Или овсянку, что-нибудь вари ей срочно. Дай ей немножко попить и дай ей овсянку». Он меня кормил с ложки. Серьёзно, кормил с ложки. Мне было так холодно и плохо, что на тот момент мне было всё равно. Короче, он меня поил, отхаживал, мы легли спать. Я проснулась готовая ехать на турнир. И на сцену я вышла одна.

КристинаЖестокие дни подготовки Вали Мишиной. Сейчас все просто слушают и в шоке.

ВалентинаДа. Я называю фамилии не потому, что хочу кого-то обидеть. Я просто хочу рассказать историю, как это было и почему я стала тем, кто я есть. Потому что это не просто так. У меня жёсткая политика против жёстких диет. Почему я начала топить за гибкое питание? Почему я начала выступать против отказного тренинга? Почему я стала бережнее относиться к себе и почему начала работать с Лешей Амиряковым? Всё это к этому ведёт.

ВалентинаЯ вышла одна на сцену как единственная представительница категории, самая смелая. В историю пошло, что Валентина Мишина — первая в Women's Physique, с золотой медалькой. Была ли я удовлетворена? Нет. Мне хотелось конкуренции. Но в реестр-то это пошло, правильно? Мне это сыграло на руку, потому что я наконец поняла, что к чему. Это был 2014 год, осень, получается, турнир.

Я немножко отдохнула и продолжила заниматься, не могла остановиться. Я делала ежедневное кардио. Так, в принципе, и делала до последнего. Каждый день кардио — это моя молитва, моя религия, моя медитация, не знаю что. Это часть жизни, как умыться вечером. Каждый день, сумасшедшая. Вот тогда я продолжала это делать и так же занималась. Мой молодой человек Ярослав спросил: «Что дальше?» Я сказала: «Ну, готовиться. Нужно набирать».

ВалентинаНа DOCE был конкурс. Я уже наблюдала за DOCE, к тому времени была там админом, по-моему. И появился Лёша. Лёша начал давать очень грамотную информацию, и я интуитивно за него зацепилась. Я прямо поняла, что хочу с ним как-то работать. Он был врачом-эндокринологом. Он немножко просвещал людей, кто такой Лёша. Он помогал атлетам готовиться, и я видела, какие результаты. Из российского бодибилдинга я не видела ни одного человека, кто выдавал бы такие результаты. Если кто-то и выдавал хорошие результаты, то я понимала, что у женщин уже проблемы с лицом. Явные, откровенные проблемы. Я видела больше побочных эффектов, чем результата. А всё должно быть в равновесии. Если у тебя такие побочные эффекты, у тебя должна быть феноменальная форма. Всё, что мы делаем в этой жизни, имеет цену: если у нас есть какой-то успех, за ним стоит своя цена, но она должна быть соразмерна. Если побочки вот здесь, а результат вот здесь, то это какой-то неграмотный тренер.

У Лёши я видела результат. Я думала: окей, хорошо, надо это как-то пробовать. По деньгам скажу: у меня их было не сильно много. Да, я как тренер начала зарабатывать, но мы снимали жильё, покупали продукты, всё уходило на быт. Возможности нанять себе тренера тогда не было. Может, и была, но мне было как-то жалко или страшно, потому что я с детства привыкла копить, на что-то всё складывать.

В 2014 году, кстати, был первый год, когда я выехала за границу. Моя мама, например, никогда не была за границей и никогда не летала на самолётах. Бедная семья, да? Не было возможности. В 2014 году мы с Ярославом первый раз выехали в Египет. А в 2015-м накопили на Кубу и съездили на Кубу.

КристинаТебе всё-таки удавалось совмещать личную жизнь и подготовку? Одно другому не мешало?

ВалентинаЯ его увлекла. Он тоже начал готовиться, а так гораздо веселее. Это очень здорово. И это на самом деле помогло. А потом я выиграла конкурс у Алексея Амирякова — в 2015 году. Там было, мне кажется, триста анкет: триста ребят отправили заявки, чтобы бесплатно готовиться под его эгидой. Я выиграла. И мы начали взаимодействовать.

ВалентинаС Лёшей было невозможно не проникнуться взаимной симпатией, потому что он нереально располагал. Когда у меня есть симпатия к человеку, я готова на сто процентов выполнять всё. У меня нет даже мысли, что я куда-то сверну. Когда Лёша начал давать мне рекомендации, я была солдатом, у меня не было вопросов. Я просто готова была действовать. И, естественно, тогда мы уже начали что-то применять. Начали с очень мягкого протокола. Мне это и понравилось: я бы не стала этого делать, если бы увидела какие-то странные слова, о которых я не читала. Я читала про Анавар, про примобол, про гормон роста. Я понимала, что если хочу продолжать в Women's Physique, эта связка мне подходит. Меньше не получится. Я не верю в сказки. Я понимала, что мне нужно вот это. Благодаря разговорам я уже примерно понимала: я говорила с другими эндокринологами, спрашивала, что они думают по поводу того и этого. Я всё читала в интернете.

КристинаТы сама образовывалась? Не доверяла вслепую?

ВалентинаНет, нет. Я разговаривала с врачами старой школы — у них, конечно, волосы шевелились на голове, но они помогали мне понять, как работает организм: как работают гипофиз, гипоталамус, надпочечники, щитовидка.

ВалентинаКстати говоря, в школе я была самым больным ребёнком, у меня было освобождение от физкультуры. Я занималась волейболом, но на физкультуре была освобождена, потому что просто не могла ничего делать. У меня были гаймориты, ангины, хронический пиелонефрит, больные почки, правая почка. Мама обнаружила гипотиреоз, пониженную функцию щитовидной железы. Спорт мне был противопоказан. Но, знаете, я уже сказала: чтобы «нельзя» со мной сработало — так не получится.

КристинаСпорт тебе помог чувствовать себя лучше? Или он усугубил все эти болячки, или всё-таки наоборот?

ВалентинаЯ забыла, что такое болячки. У меня была цель, меня невозможно… Я как танк. Если я загорелась целью, сдвинуть меня невозможно. Просто невозможно. У меня отвалится нога — я её вот так прикреплю и поползу на руках, но дойду. Я не знаю зачем. Не могу объяснить. В моменте, потом, когда я уже достигаю, сижу иногда и думаю: а зачем? Но это неважно в моменте.

КристинаЭто всё-таки было больше на психосоматическом уровне или на физическом?

ВалентинаЯ думаю, на психосоматике. Возможно, где-то что-то и побаливало, но я не обращала на это внимания. Мне ничего не болело, я просто шла. А потом, по итогу, всё, наверное, проходило, как-то зарубцовывалось.

КристинаВолшебство происходило, магия!

ВалентинаДа-да, я вообще практически не болела. Шла как танк. Потом моя работа с Лёшей: Лёша был в восторге. Он говорил мне, что это его визитная карточка, его гордость. А это меня подбадривало, потому что я привыкла выслуживаться ради похвалы авторитета. Меня не волнует куча комплиментов от тысячи людей, но если я выделила одного авторитета, я расшибусь, но заслужу его похвалу, чтобы быть для него первой. Не знаю, как это работает.

КристинаКакая ты для себя?

ВалентинаНежная и ранимая. Пытаюсь заслужить любовь. Пытаюсь почувствовать себя good enough, worthy — достаточной для того, чтобы жить в этом мире. Пытаюсь поднять свою самооценку за счёт опоры на внешнее и никак не могу реабилитировать внутреннее. Нет внутренней опоры, поэтому я цепляюсь за какие-то регалии, за достижения, за признание авторитетных людей.

КристинаЛюбовь к себе есть?

ВалентинаНет.

КристинаТы работаешь над этим?

ВалентинаДа. Сейчас легко об этом говорить, но я проработала это в гештальт-терапии. Но, скорее всего, если бы мы спросили людей извне, какая Валентина Мишина, мы бы получили совершенно другой ответ. Люди составляют обо мне портрет высокомерной хабалки, которая слишком высоко задрала нос, слишком высоко себя ценит и груба.

КристинаПочему они тебя такой видят?

ВалентинаПотому что я очень добрая, очень эмоциональная и не способна воспринимать критику. Поэтому мне проще отсекать людей, отсекать пачками раздражители: я не могу иметь с этим дело. Это меня прибивает и не даёт двигаться вперёд. Поэтому, научившись выстраивать свои границы и отсекать ненужных людей, я вижу, что люди обижаются.

КристинаОтсекаешь только ненужных или так случается, что и нужных тоже?

ВалентинаЯ очень дорожу нужными людьми, людьми, у которых могу научиться. И это не про деньги и не про славу, это про внутреннее содержание. Если я вижу, что человек полноценный, он может быть счастлив в своём маленьком домишке со своими парой деток и мужем, который зарабатывает средне, — но если я вижу, что

КристинаЭтот человек просто пришёл в мою жизнь, и он счастлив. Я буду цепляться за него, потому что этот внутренний покой, который он транслирует, мне так его не хватает. Мы не плачем сегодня, мы делаем всё, что хотим. И это доказывает глубину разговора, искренность. Потому что все грин-карты, все достижения, все трофеи — это здорово. А в чём счастье для тебя?

ВалентинаСчастье — когда ты сидишь один, голый, на берегу реки. Серьёзно: у тебя ничего нет, а тебе просто хорошо.

КристинаХорошо с собой или с кем-то?

ВалентинаС собой. Ты просто знаешь, что встанешь, найдёшь одежду, добьёшься чего захочешь. Тебе ничего для этого не нужно. Ты сам полноценный, и у тебя для всего этого есть всё необходимое.

Вот это и есть внутренняя опора, внутренняя база, к которой мы все идём — с нынешней психологией, с терапией, со всеми этими дыханиями. Наверное, это то, чего я ищу. И я продвинулась очень мощно, чувствую себя гораздо увереннее. Раньше я зависела от того, как выгляжу, а сейчас чувствую себя уверенно в том теле, которое у меня есть. Поэтому я и взяла перерыв. Я не говорила, что ухожу со сцены навсегда. Я взяла паузу, чтобы чувствовать себя уверенной женщиной независимо от того, как я выгляжу. Я не за бодипозитив, но хочу чувствовать себя уверенно в любом теле. Мне нужна была эта пауза, чтобы понять, кто я и где я, и насколько зависима от внешних факторов. Я поняла, что реально зависима, и мне это не нравится.

КристинаНе каждый человек может похвастаться тем, что действительно понимает, как должна выглядеть эта часть жизни. И этот твой настрой, эта естественность, которую ты приобрела, — очень дорогого стоит.

КристинаВернёмся обратно. Бодибилдинг послужил для тебя мощным толчком? Ты прямо почувствовала, что ворвалась туда, куда хотела?

ВалентинаДа, так и было. Моя форма начала выглядеть по-другому, я стала уверенной в себе, появились подписчики, внимание, люди начали восхищаться. Я как будто плыла на надувной лодке. Почему я так говорю? На концерте Rammstein десятки тысяч людей переносят над головами на надувной лодке от одной стены до другой. Вот так и я себя почувствовала: мне помогли двигаться легче, чем пробираться пешком сквозь пятьдесят тысяч человек. Я настолько цеплялась за то, что подо мной, настолько зависела от этого — внутри ещё ничего не было, и я полагалась на всё внешнее. Это не плохо, это был мой инструмент, которым я пользовалась.

Плюс поддержка моего молодого человека. Это были мои авторитетные люди: один и второй. А общество, понятное дело, начало тянуть вниз. Начались издёвки, насмешки, угрозы.

КристинаБыли и те, кто, наоборот, тебя поддерживал?

ВалентинаКонечно. Но, как я уже сказала, лай собак меня никогда не волновал. Мне нужно, чтобы меня признал мой авторитет, которого я сама сделала авторитетом. Пусть для кого-то он вообще никто, для меня он авторитет.

ВалентинаВ 2015 году я вышла на Москву уже в другой форме и поняла: я хочу выше, хочу дальше. Что у нас там самое высокое? Я полазила по гуглу — Олимпия.

КристинаА почему бы и не сразу на Олимпию! Мне нравится. Эти амбиции — это круто.

ВалентинаМне не надо меньше, мне надо максимум. Как? Понятия не имею. У меня даже визы никогда не было. Вообще никакой, даже шенгенской. Я никуда не выезжала, кроме Египта и Кубы, куда тоже можно без визы. Никакого понимания, как это делается, и с мамой не посоветуешься. И друзей у меня много не было. Вся моя компания до этого — сложно назвать друзьями. Это люди, с которыми я проводила весёлое время и узнавала всякие нехорошие стороны жизни. Я стала пытаться понять, как начать. Форма была.

Я вышла на Москве и стала первой. Туда уже вышли смелые девочки, которые примерно поняли критерии. А первое место даёт путь на Россию. Я подумала: окей, круто, Россия. Дальше мы готовились с Лёшей, он в меня безумно верил. Форма была классная, я следовала плану и ни разу не сорвалась. Не было даже мысли что-то сорвать. Мы идём — и всё.

КристинаЧто было на России?

ВалентинаЯ вышла со своими стеклянными ногами, у меня уже разваливались квадрицепсы. Я была ещё сырая, птенец, только вылупилась. Позирование тоже было сырое, необработанное. Но я же королева, я же красивая, такая одна на сцене, походу. Серьёзно, я была очень миловидная: милое личико, свежая причёска. А девчонки уже матёрые, это годы: сушка, набор, сушка. Ну, как минимум морщины, кожа не та. А я вот свежая. Персик вышел.

КристинаПерсик, да.

ВалентинаМеня поставили четвёртой. Судьи что решили, то решили, я не люблю в этом ковыряться. Я там, конечно, пообижалась: как это так, я же такая хорошая. Неважно. Талии у меня никогда не было выдающейся, хотя и у первого места тоже. Но это неважно, так решили. Мне на ушко шепнули: надо сначала посвятиться, ты только вылупилась, что ты хочешь сразу первое место на России?

И тут Саша Тимошенко, единственный из всей судейской коллегии, как-то в меня поверил и очень сильно поддержал. Он сказал: «Тебе надо на Арнольд». Я говорю: «Что?» — «Тебе надо на Арнольд». У меня с ним потом был потрясающий опыт, но первоначально он мне сказал: «Ты генетический урод, и бодибилдинг тебе не светит. Забудь». А когда состоялась моя первая Олимпия в Москве и я там стала первой, он сказал: «Ну ты видишь, как классно на тебе сыграли мои слова?»

Серьёзно? Откуда он знал, что его слова меня вот так развернут? Другая бы сказала: «Окей, наверное, не моё». А я — «Давай! Вперёд!»

КристинаТы говоришь, что агрессия даёт тебе толчок. И я сейчас вспоминаю, что для меня толчком тоже было именно непризнание.

ВалентинаЭто действительно так. И во время процесса очень интересно в этом копаться. Я могу сутками сидеть сама с собой и разговаривать, и реально прихожу к новым заключениям из прошлого. И закрываю — слово модное, не люблю его, но это правда какой-то гештальт. Мне становится лучше, как будто я по маленькому камушку выбрасываю из огромной сумки за спиной, в которой всё думаю и думаю. Я многое закрываю такими диалогами и монологами.

КристинаЭто круто, на самом деле.

ВалентинаДа, помогает. Потом чувствуешь себя чуть-чуть легче.

ВалентинаИтак, меня ставят четвёртой, и никто не едет на Арнольд: все понимают, что до Арнольда им как до Луны. Денег ни у кого нет. Арнольд, Барселона, виза, переезд, отель — слишком сложно. А как там устроено: первая и вторая едут автоматически, а если не едут, то право получают третья и четвёртая. Так я со своим четвёртым местом попала на Арнольд.

Честно, федерация меня не поддерживала. Никто, кроме Саши Тимошенко. Меня поддерживал Серёга из Bodybuilding Illustrated и Сашка — вот два основных человека. Остальных не буду называть, они и так вспомнят. Мне говорили: «Вот посмотришь, она получила про-карту, и что? Зачем тебе это надо? Тебе там делать нечего. У тебя формы нет, денег нет, спонсоров нет. Ты не сможешь. Вот такая-то не смогла, и ты не сможешь». А сами сидят в Америке, где тоже ничего не смогли. Генетика, мол, херовая вообще, куда лезешь — непонятно.

А Саша меня поддерживал весь тот год. «Валя, давай. Так, я что-то не понял, ты что, залипла?» Он реально мониторил меня, и мнение Тимошенко, который всех раскидывал в пух и прах, было для меня третьим авторитетом. Что могло меня отвернуть от цели? У меня было три авторитета: мой парень, Лёша Амиряков и Саша Тимошенко. Для меня это было что-то волшебное.

ВалентинаПлюс Наташа Кулешова, которая всё равно где-то в зале рядом была, поглядывала и тоже была в шоке. Лёша привил мне любовь к гибкой диете. Лёша разрешил мне есть всё, и я перестала мучиться. Откуда у меня такая хорошая, наполненная форма? Мы перестали мучиться. Он научил меня считать калории, чем я и занимаюсь по сей день.

КристинаКалории или именно БЖУ?

ВалентинаБЖУ. Он давал мне цифры, как-то варьировал, но я всегда могла себе позволить десерт. И калорийность у меня всегда была приличная. После того обморочного опыта я никогда не опускалась низко по углеводам. У меня всегда были читмилы, Лёша разрешал раз в неделю. Это стало моей фишкой. Потом в соцсетях я всегда выкладывала свои читдэи — на тысяч по десять-пятнадцать калорий, даже когда доводила себя до сухих кондиций. Я могла себе позволить в пятницу или в субботу есть, и не давилась — просто ходишь по дню: пошла, поела, пошла, поела.

Появились деньги, пришли клиенты, соцсети заработали — все знают как. Можно было сходить в ресторан. Жизнь заиграла новыми красками.

ВалентинаПотом мы подались на Арнольд. С Сашиной подачи мне одобрили шенгенскую визу, и мы все вместе дружно полетели. На Арнольде я вышла и вынесла свою категорию. А потом вынесла overall: я выиграла у бразильянки, мы боролись за абсолют. Это был первый раз, когда я вышла на европейский, на международный турнир.

КристинаЧто ты почувствовала в тот момент?

ВалентинаШок. Я говорю: в смысле? Я вообще скромный человек и никогда в себя не верю. Серьёзно. Я верю в цель, но в себя не верю, вот в чём проблема. Когда мы с Лёшей гуляли по Барселоне перед Арнольдом, у меня была хорошая форма, но в моих глазах она была маленькая. Я смотрела в зеркало и думала: «Дрищ какой-то». Претензий к себе нет, я сделала максимум, следовала плану, Лёша доволен, Ярослав говорит, что всё хорошо, а мне не нравится — ну и ладно. Я поехала в Барселону посмотреть, такая у меня была позиция. На регистрации меня увидел Саша Тимошенко и говорит: «Ну всё, твоё». Я говорю: «Сань, ну хорош, что ты меня успокаиваешь?» — «Да нет, ты всё вынесешь».

Я смотрела на остальных женщин: матёрые, мышечные, венозные, жёсткие, высушенные в хлам. Я тоже и стеклянная, и сухая, но не так. И при этом я такая милая, какая-то маленькая дрищ на их фоне. Мне так казалось. В профиль я смотрела на себя в зеркало: вот такая талия, вот такой живот, всё валилось куда-то, ножищи, задница какая-то большая. Спины-то особо не было, ну так, плечики.

КристинаНу хорошо, мы поняли, что ты очень требовательна к себе. На тот момент ты выглядела нормально.

ВалентинаЯ шла с установкой, что иду посмотреть Барселону, погулять, постоять на сцене, посмотреть на Шварценеггера. Ну и всё.

КристинаТы увидела Шварценеггера?

ВалентинаДа. Но момент в том, что я выиграла абсолютку. Я вообще не поняла. Мы пошли в буфет отмечать, я сидела там неприкаянно, не понимала, в чём дело.

КристинаТебя награждал Шварценеггер?

ВалентинаНет, он просто ходил по выставке, а награждал какой-то функционер. Арнольда я потом уже пообмацала — когда меня пригласили на профессиональный, на американский Арнольд. Я стояла, смотрела на него и думала: «Сейчас подойду и скажу что-нибудь умное». И всё, на что меня хватило, — «Можно вас потрогать?» Это самый тупой момент, который я никогда не забуду. Всё, что я смогла из себя выдавить, потому что так обрадовалась его видеть, обнять, поблагодарить. «Можно вас потрогать?» Ну ладно, жалеть не о чем, было весело.

ВалентинаТак вот, я выигрываю категорию, мы отмечаем всё вместе: я, Ярослав, Лёша, его девушка. Не то чтобы буфет — там был классный ресторан, где можно было брать хамон и всякое такое. Лёша тоже выступал, в классической физике, тоже сушился. И никто не знал, что у него аневризма. Когда сосуд лопнет, никто не знает, это дело случая. Через два дня Лёша умер.

Моё состояние какое? Всё. Опора рухнула. Я провалилась. У меня подкосило ноги, и поскольку на своих ногах я не стояла, я очень жёстко упала. Через месяц от меня ушёл молодой человек — к девушке, с которой я их познакомила.

КристинаИнтересный разворот событий.

ВалентинаДа. Моя эйфория закончилась ровно там же, где началась. Мне нужно было решать, брать про-карту или нет, а я осталась без Лёши и без парня. Если бы мой молодой человек просто ушёл — но он не просто ушёл, там было весело, он нормально поиграл на моих нервах. Оба. Но сейчас я не держу зла, серьёзно. Всё, что делается, делается к лучшему. К женщине вообще претензий нет, это был его выбор, правильно? Я не верю в то, что мужчину можно увести. Если тебя можно увести, значит, ты сам принимал решение. Поэтому было очень больно — это мягко сказано. Саша тогда остался у меня один, кто был хоть как-то на связи. Я и рыдала, и убивалась, не понимала, что делать. Я в Люберцах ещё находилась. Думала даже о суициде, но потом думала: у меня мама одна, надо как-то помогать. Брать про-карту или не брать? Смогу ли я без них? Я к ним привыкла. Надо, наверное, переезжать, потому что работать в этом клубе я не могу — он там работает.

КристинаНо ведь потом ты взлетела.

ВалентинаДа, потому что я всех ненавидела.

КристинаА не думала ли ты, что тебе просто нужно было коснуться дна?

ВалентинаЧтобы оттолкнуться и взлететь. Поэтому я и говорю: моя жизнь — череда событий, о которых я не могу жалеть. Если бы не было одного, если бы не было так больно... Я двигаюсь через гнев и боль. Боль — мой главный двигатель, с агрессией на пару. Это моя отправная точка. Чем больнее, тем выше. Как будто тебе вставили раскалённый кол: на какую высоту подлетишь, туда и доберёшься.

Я приняла решение, что мне срочно нужно менять место работы. Мы с ним работали в одном зале, жили вместе, были вместе двадцать четыре на семь. Я больше не могла там находиться, это было испытание. Саша мне говорил: «Валь, ты не можешь сейчас просрать момент. Ты должна взять эту про-карту». Я как маленький ребёнок отвечала: «Саша, я без парня, я без Лёши, я не знаю, что делать». — «Я тебе помогу, все тебе помогут». Он слал мне своих собак — у него там были собачки, жена. Он меня как-то отвлекал. Я помню, устраивала прямые эфиры из квартиры, рыдала. Меня месяц нормально колошматило. Жёстко было. Сейчас вспоминаю и думаю: как я вообще через это прошла, не знаю.

ВалентинаЯ решила срочно менять клуб. У меня была наработанная база клиентов, все меня любили. Я уже был хорошим тренером и понимала, как всё устроено. Я никогда не парилась по поводу денег. Мне были важны не деньги, а результаты. Я хотела нести здоровье, вдохновлять людей на фитнес, пропагандировать это тело и делать это качественно — не за счёт резинок и корсетов, а за счёт чего-то действительно стоящего, за счёт здоровья. Я любила работать со сложными людьми, с грыжами, чтобы они начинали лучше себя чувствовать. Я прямо чувствовала, что несу свет, что я мессия. Мне казалось, что я могу поменять мир. Эта идея меня и двигала — почему я вообще стала тренером.

Потом я нашла клуб, и не с первого раза. Все хотели на проценты, а я не хотела на проценты. Я хотела серьёзно менять. Если жизнь меня так нагнула, значит, я иду на аренду. Мне не интересны маленькие цели. Афимолл, Москва-Сити, давай! Классно!

КристинаА почему нет?

ВалентинаМеня устроили условия. Мне было страшно, пипец. Я не думала, как буду платить, это же дорого: аренда там семьдесят тысяч рублей.

КристинаНичего себе.

ВалентинаЯ решила: окей, если я меняю жизнь, если всё так кардинально, давай, гори сарай, гори хата. Начала искать квартиру — сложно, очень сложно. В итоге нашла человека, с которым смогла снять. Как-то всё пошло, пошло, пошло. Мне очень помог поверить в себя Денис Гриценко. Он тоже выступал в классическом бодибилдинге. Через Амирякова я его, вроде, и узнала. Денис — потрясающий, добрый человек. Мы до сих пор общаемся, он, наверное, один из немногих, кто остался в моём близком круге. Тогда он был с супругой, Леной Плехановой, они сейчас развелись, но это неважно. Они работали в том зале, тоже в меня поверили: «Давай, ты сможешь». А я думала: как я смогу?

Тренер из того зала тоже искал человека, с которым можно снимать жильё на Кутузовском. Квартиры там стоили, мягко говоря, очень дорого — минимум семьдесят тысяч.

КристинаЗа сколько времени у тебя получилось набрать клиентов в этом страшном месте?

ВалентинаМне понадобилось, думаю, полгода. Я встала на ноги, поверила в себя. Плюс у меня не было выхода, я уже в это ввязалась. Когда у меня есть ответственность, я не могу опустить руки. Я очень боюсь долгов, боюсь кредитов, я гиперответственный человек. Иногда эта гиперответственность меня губит, сильно бьёт по здоровью, а иногда мне кажется, что она меня вообще убьёт. Но именно она даёт мне силы и энергию.

Я начала работать, начала быть в зале, начала делать что-то в соцсетях, жёстко всех мотивировать, скажем так. Я начала агрессивно заходить в фитнес-индустрию. Плюс у меня был абсолютный ноль по классике. Обо мне были все форумы, интервью в журнале «Железный мир», предложения о съёмках. Все были заинтересованы. Я знала, что в этом зале мне дадут послабление, потому что там потрясающий хозяин, и они заинтересованы в том, чтобы поднимать клуб и привлекать новых людей. И вот пришла такая амбициозная дама. Я понимала: если вдруг не смогу выплатить эти деньги, мне дадут рассрочку. Это помогло выдохнуть. В итоге я ни разу не задолжала. Но всё равно было ощущение: семь раз отмерь. Если что-то пойдёт не так, меня оттуда не выгонят и не будут начислять никаких пени. Это помогло. Так я начала там работать.

А Саша капал мне на мозг, и я приняла решение брать про-карту. Меня отговаривали все до последнего.

КристинаЧерез сколько ты вышла на про-сцену?

КристинаЧерез сколько ты вышла на Pro-сцену?

ВалентинаДа что там, я долго не думала. В 2017 году вышла на Pro-сцену. Залетела туда, с ноги вышибла дверь. Вошла в пятёрку сразу, на первом турнире. А на Legacy среди сорока бывалых Pro стала второй.

КристинаТы уже тогда думала об Америке?

ВалентинаНет. Вот с Америкой мне очень повезло, потому что я влюбилась в человека, которого пригласили на Гавайи. И чтобы полететь на Гавайи, нам нужна была американская виза. Мы её сделали. У меня в голове не было никакой связки американской сцены с Гавайями. Я ему десять раз сказала: какие Гавайи, может, что-то попроще?

КристинаУ тебя всё начинается с любви.

ВалентинаДа. Ради мужчины я готова на многое. К сожалению, не ради себя. Об этом мы уже говорили. Я работаю над этим. Но, проанализировав свою жизнь, вижу: ради мужчины я делаю вообще какие-то сумасшедшие поступки. Потому что признала кого-то авторитетом, и ради него стараешься. Ради себя неинтересно. Себя не любишь, а его любишь. Поэтому ради него делаешь максимально.

КристинаТы такая сабмиссив.

ВалентинаДа, я очень сабмиссив. Люди не верят, потому что думают: если есть мышцы, то ты доминант. Нет. Я всю жизнь сабмиссив. И это мне не помешало добиться того, чего я добилась. Мне неинтересно владеть и лидировать. Мне интересно служить, заслуживать признание, выслуживаться перед своим авторитетом. Если у меня нет этого человека, я не могу себя собрать. Мне неинтересно. К сожалению, да.

КристинаКак ты пришла к тому, чтобы выйти на сцену в Америке?

ВалентинаСаша сказал, что надо выходить с такой формы: «У тебя большое будущее». Мой молодой человек в тот момент, его все знают, я просто не хочу светить. Может быть, даже больше из-за него, чем из-за себя. Мне нечего скрывать, я горжусь этим периодом в своей жизни. Просто чтобы не было лишних разговоров. Я не спрашивала у него разрешения, поэтому не буду называть.

Мы подъехали на Гавайи. У меня была американская виза, которую мне волшебным образом поставили на три года. Я получила туристическую и бизнес-визу, двойная виза ставится сразу автоматически. И я горела бодибилдингом. Моё тело продолжало меняться. Я уже решила, что всё знаю: мне достаточно знаний от Лёши, из книг, от эндокринологов, от всего вообще, я молодец.

Плюс потом я получила сертификат. Быстренько пробежалась, для себя, для личного. Мне нужна была бумажка. У меня, кстати, и диплом о высшем экономическом образовании есть, и я довольна. Не бывает такого, что мама была не права, а мне диплом не нужен. Хорошо, что он есть. Это школа жизни, это институт, высшее образование всегда в цене. Сертификат я получила, но, честно говоря, мне кажется, что уже знала больше, чем преподают в ассоциации фитнеса. Что там нового? Да ничего особого. Тем более я начала интересоваться американскими данными, переводила сама, потому что мой английский оставлял желать лучшего.

КристинаТы приехала сюда без английского?

ВалентинаДа, без.

КристинаА как ты общалась со своим парнем? Я думаю, он был англоязычным.

ВалентинаТот парень, благодаря которому мы получили визу, был русским. Это был 2017 год, и он уже тогда понимал английский. Очень амбициозный, потрясающий человек, умный, добрый, классный. А поехала я сюда без английского, когда мы уже расстались, и я нашла другого.

КристинаКак быстро у тебя меняются этапы жизни.

ВалентинаНа самом деле после тех старых отношений, где я действительно любила, я была разбитая. Наверное, я уже потом осознала, что пыталась заменить, найти опору. Мне нужен был стул, на котором я хорошо сижу. Получалось, что это неправда, я сама себе врала. Я реально убеждала себя, что люблю его, но не было того самого движка. Негатива было больше, мне было некомфортно. Я не чувствовала себя так, как в тех отношениях, из которых ушла. Там я была счастлива, любила до последнего, каждое утро хотела просыпаться. А здесь со временем понимала, что это не моё, что я что-то себе вру. Я не могу себе врать. Я должна быть честна с собой, для меня это главное правило по жизни.

Поэтому я ушла из тех отношений и пришла в другие. Это был гениальный человек, он знал английский, путешествовал по Америке, уже жил в Америке. Он мне безумно помог понять, что такое Америка. И он поехал со мной в Америку.

ВалентинаЧерез социальные сети я нашла человека, который мне помог в Америке. Мы до сих пор общаемся, он потрясающий. Это Майк, Planet Mike, Миша. Он из Беларуси, но говорит по-английски совершенно свободно. Его родители уже живут на Аляске. Мишу я вообще обожаю.

КристинаПланет Майк, конечно, знаю.

ВалентинаВот Миша взял меня к себе в Сан-Диего, потому что турнир был в Сан-Диего. Помог сориентироваться во всём, в том числе с едой. Когда я иду к своей цели, люди приходят сами. Я никого не прошу, по сути. Я просто иду, и они появляются.

КристинаТы успевала вообще смотреть вокруг себя? Или была только подготовка?

ВалентинаНет, только подготовка.

КристинаТы понимала, что ты в Америке?

ВалентинаНет, я вообще не понимала, где я и что здесь делаю. Как так получилось, что у меня виза, у меня Миша, непонятный человек, откуда-то взялся. И второй, Ярослав. Но эти люди со мной, я уже не одна, стульчик вроде держится, ничего.

ВалентинаФорма была феноменальная. Я себя додавила до того, что была просто сухая, с этой «дикой» кожей. Плюс Ярослав был гениален в тренинге, он помог мне структурировать все мои знания. Он был просто гениальный тренер, закончил именно ISSA, что для меня тогда было тёмным лесом.

КристинаМне нравится, как с каждой минутой в тебе просыпается всё больше любви к себе. Итак, форма феноменальная, дальше.

ВалентинаДа, потому что я просто вспомнила её тогда: из птенца такая оперившаяся, уже орлёнок. Когда мы пришли на регистрацию, всё на английском. Мои два гордых орла сидят, а я сижу и вообще ничего не понимаю. Они сидят как делегация: это же они меня вывозят.

КристинаДелегация.

ВалентинаДелегация, да. Потом на следующий день турнир, и меня ставят в первый колл-аут. Я, помню, глазами их искала: что происходит? Не могла поверить, что я в первом колл-ауте с Натальей Каэли. Но пришла Ultimate Warrior, со всеми этими топами. Я думаю: класс. Потом награждение, и меня вызывают четвёртой. Я даже не поняла, грустить мне сейчас или радоваться. Потому что в голове Олимпия, а на Олимпии надо занять первое место. С одной стороны, хочется первое, а с другой, ты же понимаешь, что это твой первый турнир, угомонись.

КристинаТы угомонилась?

ВалентинаДальше. У меня даже видео на телефоне осталось, это так смешно. Я забыла об этом, память стирает такие яркие моменты.

ВалентинаМы приехали к Мише, и Ярослав мне сказал: «Мы не можем уехать, мы должны идти дальше. С такой формы ты должна выйти хотя бы ещё раз. Давай смотреть календарь». Мы открыли календарь турниров, и там был ближайший, комфортный по перелёту, в Палм-Спрингс, раньше он назывался Мираж. Там такие, как Сан-Франциско, гольф-клубы, публика очень интересная. Турнир Legacy. Один из крупнейших турниров, как выяснилось, я понятия не имела.

Для меня есть календарь, я человек простой. Вот календарь, там какие-то турниры, вот здесь турнир, вот здесь штат. Какой штат, что там, мне не важно. Главное, чтобы лететь было удобно или ехать недорого. Денег особо нет, что накопила, то и тратишь.

КристинаСпонсоров не было?

ВалентинаНет, какие спонсоры? Сама себе спонсор. Спонсор за шоколадку, ну спасибо, мне это было не особо интересно. Я решила: окей, Legacy так Legacy. Миша что-то пытался сказать мне про этот турнир, что он серьёзный. А я думала: мне ничего не светит. Я лежу ногами кверху после турнира в Сан-Диего, вся в гриме, жду, когда будут силы пойти в душ. И мы пойдём в Cheesecake Factory, который мне описали как вкусный. А мне говорят: через три недели. Я лежу ногами кверху и говорю: если тут я четвёртая, то там мне вообще ничего не светит. Ну хотя бы в десятку попасть.

Я поняла, что что-то не так, когда пошла на регистрацию. По сравнению с турниром в Сан-Диего там вообще другая организация. Там тебе выдают костюмы, как на Олимпии, куча спонсоров ходит, подарки, все фотографируются, стенды, очень много всего происходит. Я думаю: стоп. А когда поняла, что в моей категории сорок человек...

КристинаПриехала!

ВалентинаПриехала! Куда я приехала? Я засуетилась, меня начало колотить. Я говорю: я не пойду. Они говорят: в смысле? Я говорю: не пойду, зачем нам тратить силы и время? Они говорят: поехали, ты что, дура, что ли? Я говорю: ну мы же не платим взносы, зачем? «Успокойся».

В итоге мы смотрим на форму, и она какая-то феноменальная. У меня как будто вообще нет кожи, всё провалилось, походу, от стресса. Ввалилось всё, что могло.

КристинаМы едим бургер, а он куда-то растворяется.

ВалентинаДа. Загрузка была такая, что я не знаю, сколько я съела. Я ела всю ночь, весь вечер, всю ночь перед стартом и утро. Жёсткий джанк-фуд, пиццу заказывали. Миша был на связи, смотрел на коробки из-под пиццы и спрашивал: «А ты уверена?» Я говорю: «Ярослав сказал, всё нормально».

Мы выходим на сцену, и меня ставят в первый колл-аут, посередине. Я со сцены смотрю на Ярослава, напряглась. Я вообще ни на что не рассчитывала, клянусь. Я даже не понимала сначала, что это значит, и вообще потерялась. Сцена красивая, огромная, куча людей. Окей, Arnold Classic в Европе — это одно, но профессиональная сцена — это вообще другое. И судьи такие красивые сидят, все такие другие.

А финалы были то ли вечером, то ли на следующий день. Нет, вечером, слава богу, у меня тогда не было опыта двухдневных турниров. Захожу за сцену, меня трясут, я не понимаю, что происходит. Ярослав говорит: «Ну, поздравляю, ты в тройке». В смысле, в тройке? «В прямом. Их же три точно, вас как-то меняли. Ты в тройке, пойдём, надо дальше готовиться».

Подбегает ко мне какой-то судья, красивый такой. Тогда я поняла, что люблю испанцев, прямо как с картинки. Растаяла, хотя Ярослав ждёт. Что-то мне говорит, понять не сложно: «Ты такая красивая, откуда ты? Ты невероятная». Начинает засыпать меня комплиментами.

КристинаТы ещё больше в себя поверила?

ВалентинаКонечно, перышки. У меня ещё купальник просто феноменальный. В России купальники другие: расшиваются Swarovski, а не тем китайским дерьмом, которое здесь. В России делают качественно, из бархата. Он плотный, он сидит. У меня своя грудь, сидит намертво, трусы там, где надо, всё там, где надо. Идеально подчёркивает фигуру, особенно когда есть форма. Образ. Купальник был такой с идеей, огоньки были такие прикольные. Что-то, что зацепило взгляд каждого.

На финалах я сделала произвольную программу, она тоже была потрясающая. Мне не хватило совсем немножко, буквально пары очков. И меня обошла та, которую я обошла на Arnold. Бразильянка Присцилла. Зараза такая. Но ничего. Короче, по очкам я куда-то вошла, в какой-то список на Олимпию. Я вообще ещё не понимала, как это работает, даже не в курсе была.

ВалентинаМы поехали домой, потому что это был ноябрь или декабрь, последний, по-моему, турнир. Лететь было некуда, да и денег не было. Мы приехали домой, и я загорелась как сумасшедшая. Это был 2017 год, получается, дальше пошёл 2018-й, и поехала. В 2018 году пошёл мой марафон. Я начала работать семь дней в неделю, с утра до ночи, потому что форма моя всех мотивировала, и люди пошли ко мне. Я работала как пахарь: с утра до ночи, с утра до ночи. Ярослав показал мне, как работать онлайн. Мы сделали с ним курс, и я начала зарабатывать деньги.

КристинаГде ты взяла свою квалификацию?

ВалентинаПо очкам. Топ-3 по очкам: кто максимально набрал очков за призовые места, тот проходит на Олимпию. И каждый победитель каждого конкурса. Мне не дали первое место ни разу, но я была второй, второй, третьей, второй, третьей. За тот цикл, по-моему, было восемь турниров. Меня пригласили на Arnold. Это был сумасшедший дом, я была как одержимая: мне нужна Олимпия, мне нужна Олимпия.

Я умею копить. Все это время я откладывала деньги, откладывала, никуда не тратила. Куда тратить? Зал, дом, зал, дом, зал, дом, у меня ничего не было. Потом меня стали звать в клипы, появился дополнительный, экстра-доход. Я не зарабатывала вебкамом и ещё чем-то, не ездила на сессии, которые тогда были модные. Никого не унижала, не оскорбляла, за это деньги не получала. Я зарабатывала чисто как тренер. Чтобы люди тоже не думали, что так нельзя. Можно, если очень хотеть. Да, херачишь, да, устаёшь, да, сил нет.

Я спала три-четыре часа. Как раз тогда я стала так спать, потому что и во сне думала. Когда не работала, думала, как заработать ещё, куда вместить, куда впихнуть, куда поехать. Если снимали какой-нибудь музыкальный клип и предлагали сто тысяч, конечно, едем, одним днём в Питер.

КристинаТы чувствовала себя счастливой в тот момент?

ВалентинаЯ ничего не чувствовала. Я вообще ничего не понимала. Мне надо было на Олимпию.

КристинаЗачем?

ВалентинаНе знаю. Хотела. Не могла упасть носом в грязь, потому что хотела. Я не могла себе сказать, что не смогу.

КристинаНет такого варианта.

ВалентинаПоэтому я выступила ещё на шести турнирах после тех двух в том году. Цикл завершила, и по таблице в топ-3 по очкам я была на первом месте. «Валентина Мишина квалифицирована на Олимпию». Когда последний турнир завершился, меня никто не перебил, потому что никто не станет столько выступать: Омаха, Небраска, Луизиана, Шривпорт, Форт-Лодердейл. Я пошла по всем штатам. Собрала весь свой мешок денег и поехала. Серьёзно. Вообще в ноль была готова.

КристинаМешок деревянных?

ВалентинаДа, да, да. И поехала. Я тратила минимум. Я была уже одна, Ярослав тогда уже был не со мной. Я просто одна поехала.

ВалентинаЯ поняла, что отношения мне не светят, что я приношу только разрушение в жизнь других. Прямо разрушаю, токсичу. Я веду себя как нарцисс. Мне не важно, как себя чувствует человек, не важно, чего он хочет и что ему надо. Мне надо на Олимпию. И всё.

КристинаСейчас так же?

ВалентинаНет. Сейчас я ищу внутреннюю опору.

КристинаТо есть сейчас ты уже поспокойнее?

ВалентинаСейчас я понимаю, как надо. Я больше не хочу быть манипулятором, провокатором, агрессором. Я не хочу быть спасателем, не хочу ходить по кругу по треугольнику Карпмана. Я не хочу никого использовать.

КристинаАгрессия сейчас — не тот фактор, который даёт тебе силы?

ВалентинаЯ её проработала максимально. Поэтому я сижу, наверное, не выступая. Я хочу найти внутреннюю базу. И если вернусь на сцену, то из любви к себе, из любви к спорту, из реальных созидательных эмоций. Я устала себя убивать.

ВалентинаЯ считаю, что человека, который болен психически, можно назвать зависимым. И зависимый в основном не проходит. Если ты понимаешь, что ты зависим: если пьёшь, не можешь остановиться; если ешь, не можешь остановиться; если соревнуешься, не можешь остановиться; если во что-то упираешься, у тебя нет меры, значит, ты зависим. И эта зависимость никогда тебя не покинет. Тебе надо смириться.

Поэтому люди ходят на двенадцать шагов, двенадцать традиций. Есть клуб анонимных алкоголиков, есть клубы анонимных людей, которые зависят от шопинга, от food disorders: булимия, анорексия, это всё зависимости. С ней можно бороться через сопротивление, а можно её принять и с ней подружиться. Я хочу с этой зависимостью подружиться, балансировать, но на сцену из зависимости я больше выходить не хочу, потому что это всё протокол самоуничтожения.

Я считаю, что это путь, когда тебе настолько нехорошо с собой, что ты любыми путями пытаешься себя выпилить. А ведь сколько успешных людей, вокалист Linkin Park.

КристинаТы считаешь себя успешной?

ВалентинаДа. Если бы не моя зависимость, я бы не была успешной. Я бы не привлекала людей, и моя искренность не привлекала бы людей. Потому что у меня есть история, у меня есть боль. А людям нужна эмоция. Если у тебя нет этой боли, о чём ты будешь рассказывать? О том, как тебе хорошо? Если тебе хорошо, ты никому ни о чём не рассказываешь. Скорее всего, ты просто будешь неинтересна. Люди не любят слушать, как хорошо. Они любят трагедию.

Поэтому я в этой трагедии варилась. И сейчас, может быть, временно, может быть, я опять скажу: верните мне мою агрессию. Но пока я как будто коплю силы. Пока я рвала жилы и вены все эти годы, ресурс не вечен. Ресурс есть у каждого. Я очень много отдала этому спорту, потому что Олимпия была не одна. Эти турниры, эта гонка, эти переезды. По тёмным закоулкам Шривпорта в Луизиане, не зная английского языка, я шла вслепую, как котёнок, куда-то тыкаясь носом. Честно, не знаю, как я справилась.

КристинаТы можешь себе представить сейчас, сидя здесь, не готовясь к соревнованиям, ты проработала уже многие моменты, что ты сделала? Какой путь прошла?

ВалентинаНет.

КристинаНе каждый вообще смог бы пройти этот путь. Если бы обуть ту обувь, в которой ты шла, кто-то, наверное, скинул бы её уже на первых двух шагах и сказал бы «нет».

ВалентинаДа, так и есть. Люди отвалились на первом году моего фитнес-пути, на втором отвалились 80 процентов. А когда я начала Pro-карьеру, из тех, кто начинал со мной, не осталось никого из новеньких. Сейчас кто у нас остался? Наташа Быстрова, женщина, которой 50 лет, поражает меня своим долголетием в спорте. Но кто ещё? Можно по пальцам пересчитать. Это единицы. Действительно, не все способны отказываться от жизни.

Почему я оказалась так высоко? Потому что выстроила приоритеты. Я поняла: окей, помучаемся в одиночестве. Отношения уходят. Я могла бы регулярно вляпываться в отношения, но я приносила бы только разрушение. Я просто приняла тот факт, что несу разрушение в свою жизнь. Я не делаю счастливым ни человека, ни себя. Зачем? Я приняла решение, что буду одна. Ладно. Меньше проблем будет у всех, меньше ответственности у меня. Я смогу больше времени посвящать себе и своей форме.

Первая Олимпия — это незабываемо. На первой Олимпии я заняла тринадцатое место, что неплохо для первой, потому что попасть в пятнадцатку и иметь своё место уже круто. Всё, что ниже пятнадцатого места, не считается. И я поставила себе цель получить прямую квалификацию, меня это не устраивало. У меня никогда не было амбиций выиграть Олимпию. Такого нет. Моя цель была шестёрка Олимпии, клянусь.

Валентина…только на фотке. Я хотела бы топ-5. Но и тогда мечтала о шестёрке, потому что привыкла: шесть — это всегда шестое место. Не знаю, почему на Олимпии пять. Так вот, я пошла дальше, на «Арнольд». Опять же, какая-то известность, меня начали узнавать в зале. Я начала как-то вариться, более-менее понимать английский. Когда я оказалась на конференции Арнольда и услышала его английский, я подумала: «Ничего себе, какой английский у него!» А ведь с этим английским он ещё и в фильмах снимался. Я перестала комплексовать по поводу языка.

То есть этот нетворкинг… Я открылась миру. Я просто поняла, что я не человек семьи, не человек дружбы, не человек, который за кого-то цепляется и где-то остаётся. Я человек мира. Я принадлежу тому месту, где я есть. Я оставила всех. Пускай обижаются родители, пускай обижается мама, пускай обижаются друзья, но я не принадлежу тому месту. У меня цыганские корни, может, поэтому я кочевая. Я никогда не привязываюсь к месту. Мне всё равно.

КристинаТы пришла к топ-6. Что дальше?

ВалентинаДепрессия. У меня не было следующей цели. Я квалифицировалась напрямую, как и хотела, на Chicago Pro. Выиграла Chicago Pro. Я ревела, рыдала, не могла поверить, что русской девушке дали первое место. Получается, я стала первой в Women's Physique. И какой там Women's Physique! Кто из мужчин у нас выиграл американский турнир? Мне Денис Гусев написал тогда: «Валь, ты понимаешь, что я не смог выиграть американский турнир?» Он выиграл в Италии, а не в Америке.

А я ему написала, потому что уже осознавала после первого места в Чикаго: «Окей, у тебя семья, прекрасный ребёнок, бизнес, контракты. А что у меня есть? Мешок деревянных медалей и квалификация на Олимпию. И что? Ну окей, класс. Что я с этого имею? Призовой фонд: оплатить себе билет обратно в Россию, сходить в ресторан, поесть в Cheesecake Factory».

КристинаСейчас ты готова стать семейным человеком?

ВалентинаМне очень хочется семью. Я никогда так не хотела семью, как сейчас. Я впервые почувствовала себя готовой перестать быть настолько нарциссичной и даже зачать ребёнка. Два года назад скажи мне, что я такое произнесу вслух, — я бы посмеялась. Я готова изуродовать своё тело ради ребёнка. Сейчас я чувствую, что могу дать что-то другому человеку. И это не разрушение, а что-то созидательное. Я смогу воспитать, потому что я что-то понимаю в жизни. И, наверное, не хочется быть сильно старой, потому что я знаю, какая это большая разница в возрасте. И это тоже не очень хорошо. Поэтому сейчас такие годы, когда я бы с радостью…

КристинаКакого мужчину ты бы хотела видеть рядом с собой?

ВалентинаМой внешний вид, к сожалению, — полная противоположность тому, как я себя чувствую. В этом конфликте. Наверное, поэтому я и отошла от спорта. Я поняла, что была слепая и не видела, кого я привлекаю. Я занималась спортом, верила в Олимпию. А потом открыла глаза, посмотрела на реалии и поняла, что вся сфера бодибилдинга практически держится на сексуальном доминировании. Практически каждая атлетка, у которой есть деньги, зарабатывает на доминировании. Вокруг нас, накачанных женщин, ходят мужчины, которые ищут, кому служить, чьи ноги целовать, и они за это платят.

Я клянусь, я сидела сутки и не могла это принять. Я думала: «Ты такая дура. Была такая наивная дура, что не видела, почему у тебя нет нормальных отношений, почему в твою жизнь не приходят…»

Ты спросила, кто мне нравится? Мне нравятся самцы. Альфа, доминирующие самцы, с которыми я чувствую себя той, кто я есть внутри. Потому что внутри маленькая девочка, у которой не было любви, и она в этом нуждается. Я больше не могу ходить с этими яйцами, тяжело. Это не значит, что я обмякну, сяду дома вязать носки и прочее. Выходя за дверь своего дома, я буду всё той же Валей Мишиной, с железными яйцами, я их пристегну. Но в моём доме должен быть мужчина, который в два раза сильнее меня, с которым я свои яйца отстегну, отдохну, и он будет рулить.

Мне так нравится быть слабой. Почему? Я не буду скрывать: в сексе… Все мои прошлые съёмки — с акцентом на БДСМ. Наверное, потому что это мой фетиш. Я явно не в роли госпожи. Мне нечего здесь скрывать: я люблю подчиняться мужчине, которого я воздвигла в авторитет. И это собирает всю мозаику воедино — все мои прежние заслуги. Только я хочу иметь не разных мужчин, не судью, не тренера. Я хочу иметь одного своего мужчину. Мне кажется, я в лепёшку расшибусь, чтобы он был счастлив и гордился своей женщиной. Потому что меня двигает, когда мой мужчина мной гордится. Поэтому я не остановлюсь в достижениях, понимаешь? Я не буду только сидеть с ребёнком. Я буду сидеть с ребёнком, потому что он мужчина, который авторитет, и буду рваться достигать чего-то ещё. В сфере фитнеса, здоровья — неважно. У меня большие амбиции. Я Тони Роббинс на минималках. Я должна говорить на публику. Я чувствую себя счастливой, когда на меня смотрят тысячи людей. У меня был инсайт на концерте Rammstein. Серьёзно.

КристинаА это уже не про сабмиссив.

ВалентинаДа, но дома я сабмиссив. Дома мне не надо ничего доказывать. Дома у меня есть мужчина, который для меня авторитет. Дома я хочу слушаться. Это компенсация. Как большие богатые мужчины компенсируют тем, что ищут госпожу, так же и я хочу компенсировать: там я лидер, а дома хочу быть сабмиссив.

КристинаВсё-таки женщина должна уметь регулировать в себе и мужскую, и женскую энергию. Мы все обладаем и той, и другой.

КристинаТы говорила, что счастье для тебя — наедине с собой чувствовать себя гармонично. Ты уже пришла к этому или ещё идёшь?

ВалентинаНет, я иду к этому. Но здесь тоже очень тонкий момент. Понятно, можно уйти в дауншифтинг, купить дом на берегу озера и жить там, и нормально. Но я считаю, что прежде чем туда уходить, сидеть голой и радоваться, надо наследить хорошенько в этой жизни. Я ещё не наследила, поэтому…

КристинаНе думала ли ты, что когда ты научишься кайфовать от самой себя наедине с собой, тогда и притянется тот мужчина, о котором ты говоришь?

ВалентинаНет, потому что тогда у меня не будет вечного двигателя, мне кажется. Моя позиция в том, что достойному мужчине нужно видеть и достойную женщину, которая не просто сидит и ждёт на берегу, а…

КристинаЯ сейчас говорю не про ожидание. Я говорю о том, когда ты примешь себя, полюбишь себя и будешь кайфовать от самой себя, — тогда будут кайфовать от тебя и другие.

ВалентинаБезусловно, так. Я просто поняла, что кайфую от себя, когда от достижений чуть-чуть отходишь и думаешь: как можно менее разрушительно достигать, не рвать при этом кожу и волосы на себе? Как сбалансировать карьерный рост, самореализацию и амбиции с внутренней гармонией и покоем? Я поняла, что это возможно через службу людям. Не в том смысле, чтобы выслуживаться перед людьми и всем кланяться, нет. А через улучшение качества жизни.

ВалентинаПочему фитнес? Сейчас много инфоцыганства, все что-то толкают. «Воздух, не воздух…»

КристинаЯ смотрю, ты прямо против инфоцыганства, против той информации, которой людям просто засирают мозг. Волшебные таблетки: вот мы тут выпили водички, подышали маткой — и всё получилось, похудели.

ВалентинаЭто мешает людям думать своей головой. Это выбивает базу у тех, кто ещё не окреп, не оперился: они не знают, на что опираться. И куча этого инфоцыганства заводит людей в депрессию. Это большая ответственность. Они просто не понимают, им нужны деньги здесь и сейчас. Но к 2050 году, говорит статистика, количество смертей от затяжной хронической депрессии вырастет вдвое. Это реальные данные. Я сейчас окружаю себя медицинскими работниками, которые интересуются не тем, что на бумажке приписали, а действительно пытаются понять, где правда. Это страшное количество. Почему люди в депрессии? Потому что им не на что опереться. Слишком много информации, и информация некачественная.

Я могла бы, конечно, долго говорить о них негативно и сплетничать, но единственное, что я реально могу сделать, — дать качественную информацию, чтобы люди зацепились и чтобы я вытащила их из болота. Мне это нравится, я люблю это. Если это часть меня, почему я должна это в себе убивать? Так я сама реализуюсь, могу принести пользу, могу быть удовлетворена собой. Почему нет? Это симбиоз, это уже не паразитизм.

КристинаИ это не агрессия, это симбиоз. Правильно. Природа должна быть симбиозом, я считаю.

КристинаЯ знаю, что у тебя есть страничка на OnlyFans.

ВалентинаКоторой я не пользуюсь год. Я пыталась её начать.

КристинаЧто пошло не так?

ВалентинаЯ не могу. Мне неинтересно. Я не несу пользу людям. Им нужен от меня какой-то фетиш. Мне это скучно. Мне нужны глобальные цели.

Я говорила про концерт Rammstein: человек стоит, ему уже шестьдесят лет, и семьдесят тысяч человек смотрят на него с открытым ртом. И они счастливы. Их никто туда за уши не тянул. Они испытывают эйфорию. Вот это, наверное, конечный слайд моей жизни: если когда-нибудь я встану на сцену, а на меня будут смотреть тысячи человек и им будет хорошо от того, что они на меня смотрят, от того, что моё творчество помогало им проходить через тяжёлые моменты.

Мне Rammstein помогли пройти через ссоры с мамой, через расставание с парнем, через избавление от всяких зависимостей, через предательство. Через тяжёлые тренировки, через изнеможение на тренировке, через переезд. Rammstein со мной всю жизнь. Это единственная группа, которая со мной всю жизнь. И когда я смотрю на него, сейчас уже вживую… Господи, спасибо. Добралась до своего кумира. Когда я смотрю на него, я просто благодарна. Я ничего больше не испытываю. Я не пищу с ним рядом.

Конечно, так получилось, что мы встретились. Я долго вынашивала эту цель, очень хотела с ним познакомиться — познакомилась. В итоге телефон есть, контакт есть. Я тобой горжусь, всё получилось. Но неважно. Я к тому, что я не хочу пищать, прыгать ему на коленки и подставлять какое-то место. Нет, я ему благодарна. Это единственное, зачем я хотела с ним познакомиться. Клянусь, первое, что я сказала: «Господи, спасибо за всё то, что ты для меня сделал, находясь где-то там. А сейчас ты здесь, я имею возможность тебе сказать: я просто тебя благодарю».

Этот момент заставил меня понять, что для меня самореализация. Вот в итоге я хочу так. Не знаю, как пока, но как-то так.

КристинаТы сейчас в Америке уже не первый год, и я думаю, что ты ощутила здешний вайб и ощутила себя здесь, кто ты. Ты получила грин-карту для экстраординарных людей. Я тебя очень поздравляю, это прямо классное достижение. Что ты сейчас планируешь и дала ли тебе Америка какие-либо инсайты? Чему бы ты хотела прийти в будущем? Та ли это Америка для тебя? Может, ты как-то представляла её себе? В общем, оправдала ли Америка ожидания?

ВалентинаКонечно. У меня всегда позиция такая: всё стремится к нулю, к балансу. Всегда есть минусы и плюсы. Розовых очков нет: Америка не идеальная страна, где всё прекрасно, где солнце и океан круглый год. Нет. Для людей, которым важны лёгкие деньги и маленькие траты, Майами не подходит. Я не могу говорить за другие штаты, только за то место, где живу.

Что мне важно? Чтобы были солнце и океан. Потому что я депрессивный человек, который проваливается в прокрастинацию, когда что-то не получается. Я жёсткий перфекционист, поэтому я вваливаюсь в это состояние. В Москве мне ничего не поможет. Здесь, когда очень плохо, ты просто выходишь на балкон, десять минут стоишь, смотришь на это солнце, на этот океан и думаешь: «Ну ничего, ещё раз попробуем». Я не нашла пока нигде другого места силы, кроме как здесь. Это, в принципе, главное, что мне нужно.

Второе. Я могу выглядеть как угодно. Могу быть толстой, худой, накачанной. Могу говорить таким голосом, другим голосом. Могу ходить лысой. У меня могут выпасть все волосы, может вывалиться зуб, и мне здесь никто ничего не скажет. Свобода самовыражения, именно что касается внешности, — мне это так важно. И мне важно просто знать, что здесь так. Я устала от осуждения в Москве. Устала от каких-то сумасшедших людей. Некоторые говорят: «Да ладно, там не так». Это у вас не так, потому что вы не такие. Когда тебя подсиживают под залом, когда тебя где-то караулят, чего-то от тебя хотят, когда над тобой издеваются, или на тебя нападают в метро, или у людей просто отваливается челюсть: «Ты что, мужик, ресницы наклеил?» Я не хочу так. Здесь, даже если кто-то подумал «транс» (я не транс), они этого не скажут. Они пройдут, и всё. Здесь все заняты собой. И это перевешивает все минусы Америки.

КристинаЕсли люди хотят услышать минусы Америки…

ВалентинаОкей: отвратительное качество услуг. Ногти, волосы, косметология — нужно очень долго искать. И опять же, у кого искать? У наших русских, кто приехал. И то они ленятся, ленятся, ленятся, ещё раз ленятся, и потом получается то же самое, что и у остальных. Потому что они расслабляются, и всё. У них нет конкуренции. Так во всех сферах.

Качество еды — хреновое. В Европе лучше. В Италии лучше, во Франции лучше, объективно. Не очень вкусно. Хлеб — дерьмо.

КристинаНо найти можно.

ВалентинаНайти можно, да, если очень поискать. Надо заморачиваться.

КристинаДорогая рента.

ВалентинаДорогая рента, да. Моя однушка на второй линии стоит две с половиной тысячи долларов. Переводите сами. Страшно, пипец как. Для человека с моими вложениями страшнее не придумаешь. Но я выхожу на балкон, смотрю на солнце и океан и всё время верю, что у меня получится. И, наверное, мне абсолютно хорошо здесь.

Плюс латиноамериканские мужчины каждый день греют…

КристинаСлабость Валентины Мишиной.

ВалентинаЕсли вы не похожи на латиноамериканца, то, скорее всего, вам не повезёт. Кроме шуток, мне не надо даже иметь своего под боком. Я просто иду по улице, они идут рядом, и мне хорошо. Я люблю такой визуал. И в залах они, и музыка их, и танцы их, и всё это. Я в этом вайбе чувствую себя гораздо лучше. Такого в Москве не было.

КристинаМне очень понравилось, что за время нашего интервью ты несколько раз твёрдо произнесла: «Я горжусь собой».

ВалентинаНу да.

КристинаИ я думаю, что за последнее время ты не так часто говорила это себе. Но если посмотреть сквозь всю эту призму, ты охренеть какой путь прошла. Это тяжёлый путь. Но это тот путь, посмотрев на который, ты с дрожью понимаешь: «Ну я же охренительная». Будь вот этой охренительной. Иди с высоко поднятой головой. Чаще говори себе, как ты собой гордишься. Ты потрясающе выглядишь. У тебя правильная жизненная позиция. Ты идёшь в правильном направлении, ты меняешься. Это очень важно. Ты прямо трансформируешься. Как ты говоришь, ты не любишь сдерживать в себе, — не сдерживай. Пусть всё получается легко.

Спасибо тебе огромное. Это интервью прямо очень классное. Я кайфанула — от тебя, от нашей беседы, от этого энергетического поля. Было супер. Спасибо тебе огромное за такое замечательное интервью, за эту возможность.

ВалентинаЯ не ожидала, что переживу все эмоции сегодня. Весь спектр. Мы сегодня и плакали, и смеялись, и гордились, и радовались, и грустили. Я думаю, что каждый для себя в этой истории найдёт ответы. И каждый, наверное, поймёт, что всё возможно, даже невозможное. Главное — в себя верить и просто идти.

КристинаДа, это действительно так. Спасибо тебе, дорогая. А вы были с нами и услышали прямо жизненную историю, естественную, без приукрас. Путь к успеху. Пусть он был тернистым, но он оставляет после себя такое послевкусие. Спасибо тебе огромное.